Валерия (lerabel) wrote,
Валерия
lerabel

Category:
  • Music:

У Хальса.

За мозаики харлемского вокзала цепляешься взглядом, даже когда просто проезжаешь мимо. Затейливые надписи, узоры, паровозики - все прелести модерна.


А уж снаружи, если выйти - еще интереснее: традиционно рыже-коричневый "замок", вросший в современную конструкцию из стекла.

Но такой альянс - только на вокзале, а дальше - настоящий, в лучших своих традициях, старинный голландский городок.



Харлем был столицей графства уже в 12 веке. Здесь впервые начали защищаться дамбами от моря и выращивать тюльпаны. Как и Лейден, этот город пережил в 16 веке тяжелую осаду в войне с испанцами. И хотя в конце концов он был сдан, памятник героическим защитникам и защитницам! встречает гостей на вокзальной площади (а Лейден не сдался, но там такого памятника нет).


Второе, связанное с Харлемом известное событие - знаменитая "тюльпановая лихорадка", разорившая в 1637 году тысячи голландцев, включившихся в перепродажи луковиц. Несмотря на все неприятности, выращивание этих цветов вошло у голландцев в привычку и стало традицией. Поэтому пик туристического сезона в стране приходится на апрель-май, когда недалеко от Харлема, в Кекенхофе зацветают самые большие в мире тюльпановые поля.



В первую очередь благодаря тюльпанам и начался в 17 веке экономический подъем города.
Уютный, малолюдный Харлем хранит на своих улицах и площадях атмосферу той эпохи - времени, когда местные бюргеры богатели за счет торговли с Новым светом, и это позволяло им строить себе роскошные особняки, украшая их изысканной мебелью, бархатом и шелком, серебром и фарфором, а также множеством великолепных живописных полотен.

Мясные ряды - здание гильдии мясников, ныне выставочный зал:


Собственно, это бюргерское богатство и породило тот повышенный спрос на картины, из-за которого случился в Голландии 17 века не имеющий аналогов расцвет первоклассной живописи, до сих пор никем не превзойденной по своему качеству.

И Харлем - не исключение. Питер Санредам, братья Рейсдали, Адриан ван Остаде, Ян Стен, Ян ван Гойен, Эсайас ван де Вельде - все те, кого сейчас называют "малыми голландцами", в действительности - блистательные мастера, работавшие в этом городе. Здесь же появился и так называемый жанр "завтраков" - художественный беспорядок из дивной красоты вещей и вкуснейшей еды.

Фрагмент натюрморта потрясающего воображение своей живописью Виллема Хеды из харлемского музея:


Если что, это обычный, рядовой голландский натюрморт 17 века, ничего особенного.

И особняком среди блестящей гильдии мастеров - Франс Хальс, тот, кого нынче порой называют "харлемским Рембрандтом". Пожалуй, достойное сравнение - обоим нет равных по раскрепощенности и полетности кисти, виртуозности мазка, идеальной продуманности цветовой гаммы.

* * *

К музею Хальса, некогда городской богадельне, а ныне - одному из лучших собраний голландской живописи в стране, есть указатели на каждом углу, найти несложно.


Пожалуй, это один из самых тихих кварталов города - с утопающими в цветах уютными двориками, сияющими стеклами огромных окон, схожими своими очертаниями ступенчатыми фасадами.


Здесь были дома для престарелых, где доживали свой век зажиточные бюргеры: у каждого - комната с отдельным входом, с террасой, маленький палисадник с тюльпанами, скамейка, где можно было посидеть на солнышке. Покой и благолепие. Может, оттого на этих улицах и оказалась столь неожиданная для 17 века "типовая" архитектура?


В этом доме старый Хальс провел последние годы жизни.


Музей большой, атмосферный - жизнь Голландии времен бюргерского расцвета здесь можно наблюдать в многочисленных деталях. Не только картины - мебель, керамика и посуда, часы и книги, есть даже реконструкция старинной аптеки!
Целый зал потрясающих кукольных домиков с искусно воссозданными интерьерами того времени.


Среди множества висящих на стенах музея полотен портреты Хальса узнаются легко и безошибочно.

* * *

О жизни Рембрандта известно довольно много. О Хальсе - гораздо меньше. От рождения и до тридцати лет о нем нет никаких биографических сведений. Зато дальше они настолько противоречивы, что и не знаешь, чему верить.

С одной стороны - вполне себе зажиточный бюргер, отец большого семейства (одиннадцать детей, пятеро из которых стали художниками!) и прославленный мастер, у которого не было отбоя от заказов: он писал групповые портреты самых славных офицерских полков, и не только для Харлема. Известен случай, когда он отказался ехать в Амстердам (было лень) и потребовал, чтобы заказчики сами явились к нему для позирования. Член харлемской кафедры риторики (своего рода литературного клуба), приятель знаменитого путешественника Исаака Массы и даже Рене Декарта, которого дважды писал, пока тот гостил в Голландии.

Фрагмент портрета Катарины Гроофт с дочерью.


С другой стороны - сохранились полицейские записи: избил жену, не заплатил булочнику или няне своих детей, дни напролет проводил в пивных. Репутация художника, писавшего свои картины в пьяном виде преследовала и преследует Франса Хальса по сей день.
И правда - на фоне отточенной, вылизанной до последней детали, безупречной живописи соотечественников его легкий, смелый, динамичный и темпераментный мазок, естественность и неповторимая характерность моделей должны были вызывать некоторую оторопь у современников, привыкших к фотографической точности и "сделанности" портретов.
Может, отсюда - "пьяная кисть"?


Собственно, и портреты у него - двух разных видов.

Безупречные заказные. В отличие от Рембрандта, Хальс писал их строго по всем правилам: открытые лица, изящные позы, роскошные костюмы со всеми положенными регалиями, богато накрытые пиршественные столы (тогдашние стрелковые полки могли пировать до четырех дней подряд, больше - запрещали городские законы), в каждом облике - чопорная гордость и достоинство.
Из музея Хальса "Банкет офицеров роты святого Георгия"


Таковы же и одиночные портреты нарядных зажиточных бюргеров, отцов и матерей семейств.
"Аннета Ханеман" из гаагского Маурицхейса:


И поближе. Ну красота же, а?


Совсем другие портреты - владельцев и завсегдатаев харлемских трактиров, где художник, по всему судя, времени проводил немало: старая ведьма Малле Баббе с совой на плече, мулаты-официанты, растрепанная цыганка или тот знаменитый "Веселый собутыльник" из Рийксмузеума, что протягивает нам навстречу свой искрящийся бокал. Все они веселы, жизнерадостны, улыбчивы.


Каждый из героев Хальса заставляет вглядываться, угадывать характер, размышлять о том, чем мог заниматься герой, как проводил время. Большинство персонажей этих "незаказных" портретов на удивление позитивны и симпатичны.


Наверное, сам художник был таким, пока не наступила старость, несущая с собой не только болезни, но и нищету, разорение, долги, проблемы с подросшими детьми. На его последних портретах - регентов и регентш приюта для престарелых - сухие, бесформенные, дряблые и безучастные лица без следа былой жизнерадостности.


Похоронен он в соборе святого Бавона на площади Гроте-Маркт, куда и лежит наш обратный путь из музея Хальса.

* * *

По дороге мы заглядываем еще и в музей Тейлора, самый старый музей Голландии, в основном - естественно-научный: с минералами, костями, техническими приборами, старинными книгами и большой экспозицией, посвященной воздушным шарам.


Гроте-Маркт - красивейшая площадь города и одна из лучших по архитектурному облику в Голландии.

Самый большой протестантский собор Харлема совершенно не изменился за сотни лет. И сегодня в нем висит фонарь над черной плитой, под которой похоронен Франс Хальс. И нынче исправно работает большой орган, ради которого сюда любил приезжать Моцарт - просто поиграть.


Кроме собора святого Бавона, по периметру Гроте Маркт - множество красивейших бюргерских особняков, самые старые из которых строились аж в тринадцатом веке! И великолепное здание городской ратуши. Оно построено в середине 14 века, а фасад создан в начале 17-го известным голландским архитектором Ливеном де Кеем. Оно и сегодня выполняет те же функции, что и триста лет назад.


Мы останавливаемся на Гроте-Маркт, в ресторане, перекусить и порисовать, заканчивая прогулку по Харлему там же, где и начинали.

Настин рисунок с ратушей:


Может, еще про Босха напишу (если сейчас пойму, что оно кому-то надо), да и хватит, наверное, про Голландию.
Tags: Голландия
Subscribe

  • Завершаю эстонский отчет. Все и сразу.

    Если купить 72-часовую таллинскую музейную карту вечером, то она будет действовать по сути четыре дня. За это время Старый город был дотошно…

  • Из Таллина.

    Собралась, наконец-то, написать про эстонские каникулы. Последовательный фотоотчет уже был в инстаграме, а здесь, как обычно, сумбурные и обрывочные…

  • О прошедшей неделе.

    Закончилась первая за нынешний календарный год неделя, когда я, действительно, могу рассказать о чем-то стоящем. Последняя полноценная поездка,…

  • Post a new comment

    Error

    default userpic

    Your IP address will be recorded 

    When you submit the form an invisible reCAPTCHA check will be performed.
    You must follow the Privacy Policy and Google Terms of use.
  • 35 comments

  • Завершаю эстонский отчет. Все и сразу.

    Если купить 72-часовую таллинскую музейную карту вечером, то она будет действовать по сути четыре дня. За это время Старый город был дотошно…

  • Из Таллина.

    Собралась, наконец-то, написать про эстонские каникулы. Последовательный фотоотчет уже был в инстаграме, а здесь, как обычно, сумбурные и обрывочные…

  • О прошедшей неделе.

    Закончилась первая за нынешний календарный год неделя, когда я, действительно, могу рассказать о чем-то стоящем. Последняя полноценная поездка,…